Чухчин Константин Петрович (03.06.1896 – 06.05.1968) - капитан на промысловых судах Желрыбы и Мурманского тралового флота с 1928г. Родился в д. Кушкушара Приморского района Архангельской области. С малолетства ходил в море зуйком (в том числе в Норвегию) на парусной шхуне отца. Окончил четырехклассную сельскую школу и двухклассную – мореходную, получил диплом штурмана малого плавания. Работал матросом засольщиком на промысловых судах частных судовладельцев в Архангельске, окончил техникум водного транспорта. С 1924 года - второй штурман РТ-26 "Треска", РТ-31 "Налим" Севгосрыбтреста".С августа 1926 года в Мурманске: старший штурман, капитан РТ "Кереть" Желрыбы.
С 1928 года возглавлял тралфлотовские экипажи РТ-23 «Макрель», РТ-27 «Окунь» и др. В его экипаже начинал свою работу на Севере будущий начальник объединения «Мурманрыба» Г. Г. Тисленко. Областная газета писала: – Особенно высоких успехов добился РТ-1 «Акула». 9 июля, вернувшись из очередного стахановского рейса, траулер сдал рыбокомбинату 240 тонн рыбы… Капитан корабля тов. Чухчин – опытный моряк, использует все промысловые резервы* . Один из инициаторов флотского движения «пятидесятитысячников» – соревнования за вылов траулером 50 тысяч центнеров рыбы в год. В 1943–1946 годы – дежурный капитан, заместитель главного капитана Мурманского морского рыбного порта, затем вновь в тралфлоте – капитан рыболовных траулеров, в том числе РТ-19 «Коминтерн», РТ-30 «Лучинский», РТ-71 «Москва» и др. С 1953 года – главный капитан портнадзора Мурманской судоверфи. В числе наград орден Ленина (1950), знак «Отличник рыбной промышленности», медали «За оборону Советского Заполярья» и «За доблестный труд». Капитан флота рыбной промышленности III ранга. По выходе на пенсию (1957) жил в пос. Рощино Ленинградской области и в Рязани. Скоропостижно скончался и похоронен в Мурманске.
ДЕДУШКА…
Из рассказа внучки Любови Георги (Чухчиной)
Я помню его милым, добрым, красивым, несмотря на изъеденное оспой лицо. Тихим и спокойным, уравновешенным, в житейских делах рассудительным немногословным стариком. Мы, внуки, все шестеро, и не догадывались, что он был в свое время отважным морским волком, капитаном, командиром, главой экипажа… Это бабушка командовала всеми нами. Как-то к приезду гостей, когда старшие Чухчины уже были на пенсии и жили в Рощино, под Ленинградом, бабушка послала деда в курятник забить петуха. Деда долго не было. Приходит. Разводит руками и говорит: – Я ему голову отрубил, за задние ноги держу, а он вырвался и убежал… Все со смеху покатились: «За задние ноги… петуха…» А он очень расстроился.
Мы, внуки, часто просили деда рассказать что-нибудь. Редко он соглашался, мол, многое забылось. А вот этот случай помнил всю жизнь. – Было время, когда капитану в море на промысел разрешалось брать с собой жену, – рассказывал дедушка. – Тот рейс был недолгим. Рыбы взяли полный трюм. Погода свежая, ходко побежали домой. Да вдруг задуло, да так крепко задуло, да со снежком… Все смешалось: где море? где небо? Ничего не разберешь. Только волны. Шторм такой разыгрался, что, видать, конец нам пришел. Все в чистое оделись. Знали – молиться надо Николе Угоднику. И Марья, ваша бабушка, не выла, не рыдала, а стояла рядом со мной. Обнялись и молились. Истово молились. Вместе со всеми просила Николушку помиловать. И ведь отмолили: как чудо – вдруг затихать стало. Ветер в корму, и как ладонью нас прикрыло, понесло-понесло – и вынесло к родному причалу… Дедушка замолчал. И мы долго молчали. Видно, это ощущение края жизни вместе с любимой было у него самым ярким, жгучим. …
Каждый раз, собираясь из Мурманска в отпуск, в Рощино, мой отец готовил «соленый рюкзак». И сколько радостных слов при встрече было сказано дедом над тем «соленым рюкзаком»: – Это палтусина, хороша… на пирог Марье. (А надо сказать, что вкуснее бабушкиных рыбников в мире не было и нет.) – А это трешшочка – краше нет, сам уху заварю.
– Камбалка, глянь, вся светится, с икоркой. Хорошо Валька засолил да подвялил. – А вот селедочка, эта к водочке… Дедушку все уважали за правдивость, за умение доказать свою правоту. За умение выслушать и верно рассудить. За умение потребовать и настоять. И даже выбрали его председателем общественного совета Рощино. В моей памяти дедушка с бабушкой всегда были старенькими, и казалось, что это будет длиться всегда. Но вот пришла горькая весть: бабушка, наша заботливая бабушка умерла. После похорон дед с капитанским чемоданчиком переехал к нам в Мурманск, в свою старую квартиру 111 на Ленина, 24 дробь 10 (сейчас уже другая нумерация домов). Ходил он по городу и все восхищался: – Ну хорош, ну отстроили! Встречался с друзьями и с горечью говорил:
– Как нас мало осталось… Дед тяжело переживал потерю бабушки, а мы с папой как могли утешали, успокаивали его, мол, жизнь продолжается, ты на старости лет вновь оказался в своей квартире, мы тебя любим. И дедушка воспрянул духом, вспомнил молодость и даже… былую пассию. А что, если… И я, как молодая сваха, повела деда на свидание. …Давно это было. Я сама уже бабушкой стала. Но помню, как перед школой мои родители отправили меня «на откорм» к бабушке и дедушке. Я была очень худенькой, можно сказать, тщедушной, и вся родня в шутку звала меня «девичка с рукавичку». Зима была снежной, ближе к весне дед задумал почистить крышу, и мне разрешил залезть с ним. Как тут удержаться и не съехать в сугроб с высоты? Прыгнула, оглянулась и до сих пор помню: стоит дед, да и не дед вовсе, а как будто другой человек: плечи расправил, голову гордо, высоко держит, вдаль глядит. Я тогда удивилась – чего это он? А он за обедом тихо так сказал: – Нынче на крыше, как на мостике… На каком мостике? Мне, девчонке, тогда было непонятно, что он вспомнил себя на ходовом мостике рыболовного траулера. Непонятно сейчас и моим внукам, когда я им рассказываю об их прапрадедушке, капитане тралфлота, награжденном орденом Ленина.
Из трехтомника к 100-летию МТФ.
Источник: еженедельник «Рыбный Мурман» (Энциклопедия Кольского края, 1999). «Развитие рыбной промышленности МО», т. 1. Семейный архив Чухчиных,